Євгеній Сафонов :: Інтерв’ю :: Розмовляє Юлія Ільченко

Оновлено: 11.10.2015

Без шаблонов и не умничая

 Юлия Ильченко, «Телекритика» 

Главред Bird in Flight Евгений Сафонов о том, как общаться с массовой аудиторией.

Евгений Сафонов уже год как управляет интернет-журналом Bird in Flight, медиа, которое пишет о визуальной культуре. За время работы ресурс стал популярным среди широкой аудитории не только в Украине, но и за рубежом. Доходчиво, без зауми и только о том, что самим интересно — основные критерии редакционной политики BiF. О работе и перспективах BiF, украинской фотографии и силе гаджетов Евгений рассказал в интервью.

Евгений, ты часто бываешь в Китае и управляешь Bird in Flight оттуда. Инвестор проекта Дмитрий Сергеев недавно отказался от предложения перевезти свой бизнес в Канаду из патриотических соображений. Есть ли в бизнесе место патриотизму?

Конечно, есть. Ты должен хорошо делать свою работу – это уже проявление патриотизма. Если каждый будет делать свою работу хорошо, в этой стране будет все прекрасно. 

BiF изначально был сайтом о фотоиндустрии, но со временем на нем появились тексты не только о фотографии. Нишевые издания на украинском рынке не оправдывают себя?

Изначально BiF не был задуман как нишевый проект. Это сайт о хорошей фотографии, превращающийся в сайт с хорошими фотографиями. Теперь фото – не только объект нашего интереса, но и инструмент рассказывания историй. А истории нас интересуют разные, и штат наш увеличивается. Вообще, хорошее медиа получится, только если делать то, что хочешь, и писать о том, что тебе действительно интересно. И поскольку нам, кроме фотографии и инфографики, ещё что-то интересно, мы смело идём в эти сферы.

Насколько интересно инвестору сайта, как владельцу фотобанка Depositphotos, продолжать содержать ресурс, который размещает публикации, не связанные с его бизнесом?

Мы практически не размещали фото из его фотобанка: Depositphotos – это стоковая фотография, мы же фокусируемся на другом. Мы можем опубликовать что-то из Depositphotos в исключительных случаях: например, нужно проиллюстрировать колонку на какую-то отстранённую тему. Преимущество фотобанка в том, что благодаря удобной навигации и бесконечному количеству хороших иллюстраций там можно очень быстро найти подходящие картинки. И важно, что ты берёшь их не откуда-то из гугла, как до сих пор делают многие редакции. У каждого изображения есть автор, и авторские права нужно уважать – это то, что мы пропагандируем.

 Поэтому никакого противоречия с интересами инвестора здесь быть не могло. Ему самому проект нравится, сайт развивается, растет его посещаемость, поэтому у инвестора есть желание развивать его дальше. Наше стремление браться за другие темы была воспринята с энтузиазмом как возможность расширить аудиторию сайта. 

Как вы будете её монетизировать?

Мы собираемся зарабатывать деньги: размещать рекламу, делать хорошие спецпроекты. Для этого нам нужно ещё чуть больше вырасти.

Можешь назвать легальные успешные примеры монетизации на украинском медиарынке?

Нет. 

Украинская фотография уже достаточно развита, чтобы быть предметом постоянного интереса BiF?

У нас много талантливых, профессиональных фотографов – и молодых, и маститых, и самих разных, о чьем творчестве было бы интересно рассказать. На BiF регулярно попадают Александр Чекменёв,  Александр Гляделов, из молодых – Максим Дондюк, Алексей Фурман, Евгений Малолетка. Мы публиковали их фотопроекты, собираемся сотрудничать с ними в дальнейшем, следим за их творчеством, они нам интересны. Есть Евгения Власова, закончившая школу культового фотоагентства Magnum в Нью Йорке. Работы ряда украинских фотографов отмечают престижными премиями по всему миру. Их ценят и знают там намного выше, чем здесь.

Уже можно говорить о формировании школы украинской фотографии?

Школы медийной фотографии у нас, неверное, нет. Когда-то такой школой для многих фотографов была газета «День». Там был очень серьезный подход к фотографии, и они продолжают позиционироваться таким образом: проводят фотовыставки, на которых сами фотографии мне нравятся, хотя не очень нравится, как это все устроено. Но, чтобы газета служила школой фотожурналистики, она должна быть очень большой. Такой школой мог бы быть вуз, выпускающий профессиональных фотожурналистов и документалистов, но его у нас тоже нет. Есть частные школы – например, Виктора Марущенко. Через неё прошли многие ребята, впоследствии достигшие успеха в журналистике и других сферах. Но это небольшой проект.

Как редакция отбирает фото? Имеют ли преимущество социально ангажированные фотопроекты?

Мы публикуем проекты, которые нам самим нравятся – это главный критерий. Проще сказать, какие фотографии у нас не появятся: мы не поставим безликие шаблонные картинки, за которыми ничего не стоит.

Какие публикации набирают больше всего просмотров?

Фотографии голой женской груди. Но это не всегда вульгарные картинки. На тех иллюстрациях, которые размещаем мы, все равно есть интересная задумка.

Насколько вообще в медиа формата BiF важен текст?

Текст должен быть хорошо написан, не должен быть глупым, скучным или затянутым, без литературщины. Если это репортаж, то живой. Если пояснение, то ёмкое, лаконичное и без напускной умности.

Я, в принципе, настроен на то, чтоб у нас появлялись рубрики, нуждающиеся в минимуме текста, где картинки говорили бы сами за себя. Но есть разные ситуации: какие-то событийные фотографии часто требуют комментариев, в то время как документальные проекты, где в самих изображениях заключена история, могут публиковаться без какого-либо текста.

 

Насколько аудитория готова воспринимать изображение без текстового пояснения? К примеру, конфликты вокруг Charlie Hebdo показывют, что люди не всегда способны адекватно понимать иллюстрации.

Charlie Hebdo — это хороший пример. Вот автор этих рисунков говорит: «нет культуры — нет карикатуры». Он имел в виду, что только культурная аудитория поймёт некий тонкий посыл. Это хороший пример того, что текст иногда стоило бы публиковать: уж коль вы придумали с этими карикатурами столь тонкую сатиру, то, наверное, стоило её как-то пояснить.

Ты описываешь BiF, как ресурс о фотографии без заумных текстов для узкого круга интеллектуалов, и в то же время что-то большее, чем сайт забавных снимков типа adme.ru. Как ты определяете свою аудиторию и как изданию удается быть полезным профессионалам и любителям?

Я просто ориентируюсь на себя. Я не профессиональный фотограф. При этом сама тема мне интересна. Вникнув в неё, я создал сам для себя потребность в таком контенте. То же самое мы делаем с аудиторией. Предлагаем ей какую-то тему, до сих пор не привлекавшую их внимания. Но теперь им это интересно, потому что мы об этом рассказываем доступно, живо, не умничая. Мы не притворяемся нишевым журналом, а спокойно поясняем вещи, возможно, очевидные для профессионалов, но мы не хотим ограничиваться лишь их вниманием.

Сейчас люди все чаще фотографируют с телефонов. Как можно оценить влияние гаджетов на фотожурналистику?

Это влияние очень заметно, потому что совершенно не важно, на какой фотоаппарат сделана фотография. Это как с живописью: когда художники научились достоверно изображать жизнь с помощью холста и красок, ценность их способностей снизилась. Это становится пройденной историей. С фотографией похожая ситуация: сейчас легко сделать красивую, аккуратную, качественную картинку. Профессиональная техника доступна, а с помощью фотошопа с изображением можно сделать все, что угодно. То есть само по себе качество изображение уже не столь ценно.

Соответственно, главное – идея. А эту идею можно реализовать с помощью гаджетов, телефонов и чего угодно. Фотографии, сделанные айфоном, уже зарабатывали награды World Press Photo и вполне могут быть опубликованы в прессе. Ведь человек с мобильным телефоном может оказаться на месте происшествия быстрее, чем профессиональный фотожурналист с камерой. Показательным примером может быть история, когда после крушения самолета в твиттере появилась фотография одного из пассажиров, снимающего селфи на фоне уходящего под воду хвоста самолета. Вот она, сила гаджетов!

Помогает ли инстаграм стать эстетом?

Я думаю, да. Во всяком случае, у какой-то части пользователей это вызывает интерес. Кто-то будет бездумно снимать свои завтраки и публиковать их по утрам, а кто-то однажды заинтересуется и начнет вникать в композицию, построение кадра, работу с цветом. Думать о том, какую идею он вкладывает в свою серию и что он вообще снимает. Поэтому инстаграм – отличная штука. Думаю, он вполне может спровоцировать интерес к фотографии вообще. Мы часто публикуем что-то оттуда, у нас даже есть рубрика «Инстаграм дня».